ПОСЛЕЗАВТРА В «ГЛАГОЛЕ»::Народный театр Глагол

ПОСЛЕЗАВТРА В «ГЛАГОЛЕ»

Долгая успешная жизнь большого творческого коллектива – явление само по себе достаточно редкое, тем более, если это жизнь любительского театра. Может быть поэтому свой 35-й сезон Народный театр «Глагол» СПб Государственного Политехнического университета завершил весной 2006 года выпуском спектакля о мольеровском театре, желая попробовать вместе со зрителем разобраться в непростом закулисье, где переплетают-ся творчество и быт, актёрская самоотверженность и тщеславие, дружба и соперничество – смешное и драматическое… Называется это: «Театральная фантасмагория в одной репетиции, возможно произошедшей в ночь с 12 на 13 октября 1670 года в парижском театре «Пале Рояль» «ПОСЛЕЗАВТРА В ШАМБОРЕ».

Мольер и сам попытался вынести на суд зрителя кусочек театрального закулисья в своём знаменитом «Версальском экспромте». А почти 300 лет спустя Михаил Булгаков (его всегда интересовал феномен театра – вспомним «Театральный роман») написал свой роман о жизни театрального организма на примере судьбы великого французского комедиографа и его театра. Сегодня художественный руководитель театра «Глагол» Константин Гершов поставил спектакль по пьесе, которую он написал вместе с Анатолием Агроскиным – одним из старейших актёров и завлитом театра. По булгаковским мотивам да ещё и в стихах!
Побывав на этом спектакле «Глагола», несомненный авторитет в театральном искусстве Петр Фоменко одобрительно воскликнул: «Вот ведь можно же!» – очевидно сравнивая с другими постановками, увы, не всегда удачными.

Я надеюсь, читатель простит мне излишнюю эмоциональность в разговоре о театре «Глагол», я люблю этот театр, это явление, и рассказывая о нём, хочу объясниться в любви. Кстати, один из последних спектаклей театра называется «Игра в Любовь» с подзаголовком «Человеческая комедия из семи объяснений в любви». Театр, взяв отрывки из произведений Шекспира, Островского, Чехова, Брехта, одноактную пьесу Петрушевской, связав всё это стихами В.Павловой, заставляет зрителя задуматься о настоящем и фальшивом в человеческих взаимоотношениях, отделить «зерно от плевел» в таком всеобъемлющем понятии, как любовь.

Но вернёмся к моей любви к театру «Глагол», уважаемый читатель.

В восьмидесятые годы (уже прошлого века!) я познакомился со многими вузовскими театрами, отсматривая и рецензируя их спектакли по заданию Дома самодеятельного творчества. Но так уж случилось, что о «Глаголе» знал только понаслышке и почти случайно оказался на спектакле «Демографический взрыв» Евгения Левицкого. Это была скорее агитбригадная программа. Но именно тогда я влюбился в этот коллектив. Поразило органичное, раскованное существование актёров на сцене, чувство партнёра, сочетание импровизационного «капустнического» поведения с режиссёрской выстроенностью действия. А главное, искренность, молодёжный задор, яркая открытая театральность, стихия игры, вкус, несколько неожиданный в самодеятельности.

Чуть позже я узнал, что это далеко не самое главное произведение из двух десятков спектаклей поставленных Евгением Евгениевичем Левицким, но этот театр я полюбил сразу. Тогда я и не предполагал, что через несколько лет буду работать в клубе Политехнического, и моё любовное свидание с «Глаголом» повторится неоднократно.

За мной, любезный читатель, в двадцатилетнее прошлое! Это был традиционный фестиваль, общевузовский праздник «Студенческая весна».

С середины пятидесятых в Политехническом факультеты соревновались не только в успеваемости, но и в художественном творчестве, а в вузе существовали не только учёные, но и художественные советы. Театр металлургического факультета показал спектакль «Про Федота стрельца – удалого молодца» Л.Филатова в постановке К.Гершова. Е.Левицкий тогда уже ушёл из жизни. Прекрасно зная, что в любительском театре постоянно происходит обновление состава (вот и режиссёр уже другой), я был удивлён тем, что узнал театр, его творческий дух, его особую ауру. При всех изменениях они остались прежними. Значит, есть какая-то константа, какая-то ось, на которой всё это вертится. И это, конечно, Александр Максимович Борщевский – создатель и хранитель замечательного театрального коллектива. Доцент-технарь, учёный и вот – театрал. Уникален сам факт оценки деятельности А.М.Борщевского. За его работу на общественный началах ему присвоено почётное звание «Заслуженный работник культуры РФ». Ещё школьником Борщевский занимался в театральном кружке Дворца пионеров у М.Г.Дубровина, участвовал в создании известного в нашем городе Театра юношеского творчества и… заболел театральным искусством на всю жизнь, принеся из своей юности дух студийности, коллективного творческого порыва, заражая всем этим своих подопечных студентов.

Константин Валентинович Гершов вот уже двадцатый год художественный руководитель «Глагола». Он оставил свою профессиональную работу актера, защитил второй диплом – режиссёрский – и полностью посвятил себя любительскому театру. Каждую субботу театр показывает один из десятка спектаклей, поставленных Гершовым, удивительно разных по жанру и единых по духу. Ну что, казалось бы, может быть общего между пушкинским «Борисом Годуновым» и мольеровским «Лекарем поневоле»? Или между тыняновским «Подпоручиком Киже» и чеховским «Вишнёвым садом»? Но Гершов извлекает это общее через отношение исполнителей к своим персонажам, через наблюдение современных явлений, их схожести с событиями пьесы.

За мной, мой читатель, в Париж! Вместе с д’Артаньяном, приехавшим покорять столицу в футболке с изображением Эйфелевой башни. В Париж! вместе с театром «Глагол». Вы не видели спектакля «Три мушкетёра или Sorry, Bat Y Don`t Speak French»? Тогда что вы знаете о Франции? Весёлое представление-шутка словно задаёт вам этот вопрос. И весело отвечает на него, подбрасывая нам имена, литературные и кинообразы, понятия и музыкальные фрагменты, афоризмы мыслителей и другие осколки наших представлений об этой удивительной стране, калейдоскопически перемешанные, искрящиеся юмором. Театр перебрасывает нас во Францию времён, Бог знает, каких Людовиков, а также до и после них. И когда Рошфор оказывается воплощением «Кота в сапогах», миледи – запрограммированным биороботом, а кардинал Ришелье – Фантомасом, нас престают шокировать любые непредсказуемые изыски театра, даже то, что слуга д’Артаньяна, Планше, интеллигентный юноша в очках, не кто иной как виконт де Бражелон… И только свербит (спасибо «Глаголу») где-то в глубине сознания мыслишка: а на много ли менее осколочны и калейдоскопичны наши действительные знания о Франции? Впрочем, театр не морализует, шутит азартно и доброжелательно, а спектакль оставляет всех в прекрасном настроении.

Кстати, этот спектакль был поставлен как воплощение своей части проекта, совместного с французской труппой, родившейся в недрах Национального института прикладных наук в Лионе, поставившей в рамках проекта «Двадцать лет спустя». Оба спектакля были показаны и в Санкт-Петербурге, и во Франции.

А теперь перенесёмся, мой читатель, из Европы в Россию. Анекдотический случай, послуживший основой для написания Ю.Тыняновым повести «Подпоручик Киже», зазвучал на сцене «Глагола» почти современно. Ибо для бюрократического государства во все времена не существовало живого человека, а был лишь параграф в Указе. И то, что тыняновские герои выходят на сцену в больничных пижамах и треуголках, склеенных из газеты, легко переносит нас из времён императора Павла в сегодняшний российский дурдом.

Но вернусь к себе – влюблённому в этот театр. На спектаклях «Глагола» я забываю свои театроведческие навыки и становлюсь просто очарованным зрителем. Хохочу вместе с залом над приключениями мушкетёров или «Двенадцати с половиной влюблённых дураков», недоумеваю на «Грустной скаВке о Данииле Хармсе «Смешно в двухтысячном году», проглатываю подступивший к горлу комок на комедии о смутных временах «Борис Годунов».

Любительское искусство держится на энтузиастах. Любительский театр ещё и на дружбе, коллективизме, партнёрстве. Список труппы сегодня перевалил за 60 человек. Возраст от 17 и до… Многие, придя в «Глагол», не расстаются с ним долгие годы. За 36 лет через этот театр прошло более 500 человек. Каждый сезон с пополнением вуза, пополняется молодыми студентами и труппа театра. У каждого актёра есть ещё что-то: учёба, работа, бизнес, семья и… театр далеко не на последнем месте… Здесь возникло несколько десятков семей, уже и дети некоторых из них, поступив в университет, стали членами коллектива. Жаль, мой читатель, что не хватит места рассказать о таком количестве индивидуальностей, объединяющихся на досуге ради совместного художественного творчества.

Случилось так, что я познакомился с работой «Глагола» изнутри, напросившись на роль старого слуги Фирса в спектакле «Вишнёвый сад». И одно время был самым молодым по времени участия и самым старым по возрасту артистом этого театра. И ещё больше полюбил его.

Жизнь в театре начинается задолго до прихода режиссёра, и в ней участвуют не только непосредственно занятые в спектакле. Чувствуешь единство всего коллектива. Каждый в той или иной мере причастен, в меру своих возможностей живёт в труппе с полной отдачей. Здесь каждый и актёр, и ещё кто-то, ибо надо позаботиться и о костюмах, и о декорациях, реквизите, свете, звуке. В профессиональных театрах актёрский состав в четыре-пять раз меньше всего производственного коллектива. А здесь своими силами – всё. И не по обязанности, а по любви. И на репетициях и на спектаклях всегда кто-то «на подхвате» – погладит костюм, починит реквизит, вымоет пол, сварит кофе, подбодрит, подскажет, поможет… И всегда кто-то не занятый сидит в зале и «болеет».

А потом премьера. Общий праздник театра. Может быть (и как правило), несмотря на приподнятость духа первый показ спектакля не самый лучший. Потом он, как живой организм, будет расти, дозревать, но уже на премьере ясно, что состоялось, получилось, труд не пропал даром. Аплодисменты, цветы, поклоны…

Единение и любовь к своим партнёрам, к зрителям, ко всему миру. Ради этого стоит жить! Наверное, создание высокохудожественного произведения не единственная функция любительского театра. Здесь воспитываются люди. И они становятся носителями духовности. Театр особое искусство: в нём и материал и инструмент и «продукт производства» – человек, его тело и его душа, вся психофизика личности. Сколько их – артистов, прошедших через «Глагол», оставшихся в нём или по разным житейским обстоятельствам покинувших труппу! И где бы они сейчас ни были, они не забывают годы, прожитые с театром. И везде они продолжают оставаться артистами по сути, а это помогает им быть успешными на любом поприще и отдавать людям «души прекрасные порывы».

Полюбите этот театр, как люблю его я.

Виктор СОКОЛОВ